Серия: Восстановление ворот
Урок № 7
ПОСВЯЩЕНИЕ
Независимо от того, какое мы несём служение, мы должны быть вратами, через которые Бог может изливать Себя и приводить людей к Себе.
2 Тимофею 2:1−4:
«(1) Итак, укрепляйся, сын мой, в благодати Христом Иисусом. (2) И что слышал от меня при многих свидетелях, то передай верным людям, которые были бы способны и других научить. (3) Итак переноси страдания, как добрый воин Иисуса Христа. (4) Никакой воин не связывает себя делами житейскими, чтоб угодить военачальнику».
Единственная надежда цивилизации — это Церковь. Нет смысла для существования цивилизации отдельно от Церкви. Что заставляет некоторых из нас думать, что наша цивилизация останется навсегда, в отличие от тех, которые уже исчезли? Археологи постоянно раскапывают развалины цивилизаций, которые были намного более развиты, чем мы сегодня. Эти цивилизации появились, жили и умерли. Что заставляет нас с вами думать, что мы чем-то отличаемся? В реальности, нет основания рассчитывать на то, что судьба нашей цивилизации будет иной. Тщательный анализ прошлого покажет, что ни материальных, ни технологических достижений недостаточно для выживания цивилизации. Что же может изменить нашу склонность к разрушению?
Без веры, которая может повлиять на ситуацию, жизнь зависит от внешних факторов. Наша вера должна обладать определёнными моральными чертами: посвящение Богу и друг другу, чистота мыслей и понимание ценности человеческой жизни. Церковь играет главную роль в обеспечении таких качеств. Для выживания общества требуется как Божий Дух, так и Тело верующих. Без колебания, сосуд, который очищает и формирует Бог, — это единственная надежда. Ни одна цивилизация не заканчивалась крахом, пока не терпела поражение церковь. Ничто никогда не восставало из руин до тех пор, пока не восставала церковь.
Мы говорим о стратегии Бога для обновления сосуда, через который Он может излить Себя. Немного можно достичь без Духа, а присутствие Духа невозможно поддерживать разрозненными личностями, поэтому должно быть общение. Церковь должна быть взлелеяна, вскормлена и, одновременно, подвергнута критике и реформации. Церковь Иисуса Христа со всеми её поражениями, недостатками и разделениями — есть наша единственная надежда. Бог призывает на служение людей, подобных нам (Иакова 5:17). «Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями…». Для чего? «…К совершению святых… для созидания Тела Христова…» (Ефесянам 4:11−12).
Божья забота всегда направлена на Тело, которое мы называем Церковью, ибо когда Тело в правильном состоянии и функционирует в соответствии с Божьей целью, тогда общество в целом испытывает Божьи благословения. Хотя не каждый член общества будет спасён, Он «…посылает дождь на праведных и неправедных» (Матфея 5:45). Огромная ответственность — быть призванным Богом на служение для созидания, назидания и усовершенствования Тела. Так как для искупления общества нужна церковь, нам необходимо рассмотреть состояние существующей церкви.
Потеряла ли соль свою силу (Луки 14:34)? Помните, что состояние общества вокруг нас является отражением состояния церкви. Иисус сказал: «Вы — свет мира…» (Матфея 5:14). Серьёзность этого положения, в большой степени, скрыта от нас неким поверхностным успехом, в котором мы можем, при желании, найти утешение.
Ложное утешение можно находить в членствев церкви. Когда мы видим, что оно возрастает, мы утешаем себя, что всё, наверное, в порядке. Каковапосещаемость? Сколько людей приходит? Когда мы спрашиваем людей: «Как дела в вашей церкви?», они отвечают: «Немного снизилась посещаемость». Это не имеет ничего общего с духовностью, но является критерием для многих.
Программы по строительству домов молитвы — это ещё одно ложное утешение. Когда мы приезжаем в город в первый раз, первое, что хочет сделать пастор, — это показать нам свою церковь. Он везёт нас через весь город к зданию церкви. Возможно, его только что построили. Он может показать на прекрасное здание и сказать, что дела в церкви идут замечательно; у них нет долгов. Однако, важно увидеть, что некоторые из мотивов для строительства этого здания очень далеки от мотивов иметь общество, где происходит искупление. В некоторых местах церковные здания являются лишь предметом гордости. Идолопоклонническое отношение к зданию церкви — одна из реальных опасностей нашего времени. Мы должны увидеть отвратительность того факта, что слова «церковь» и «здание» стали синонимами в речи людей.
Когда задаётся вопрос: потеряла ли соль свою силу, мы не должны допускать, чтобы наш ответ искажался ни одним из вышеприведённых примеров. Возможно, один из самых больших признаков упадничества церкви — её повсеместное принятие обществом. Любые светские общественные собрания не проходят без религиозного представительства. Иисусу выражается формальное признание, но Ему не поклоняются. В проповеди сегодняшнего дня мы призываем людей ко Христу, но единственное, что мы просим от них, — добавить Иисуса к тому, чем они являются сами по себе. Важные персоны в политике, кинозвёзды исповедуют христианство, но в их образе жизни не видно никаких перемен. И религия думает, что это замечательно!
Один из величайших певцов в стиле «кантри-вестерн», почти что икона в этом виде развлечений, обратился ко Христу и пришёл в церковь. Он почувствовал сильнейшее обличение, что ему нужно перестать заниматься своим бизнесом. Он пришёл к своему пастору, чтобы поговорить об этом. Но пастор заверил его, что он может продолжать петь, как и прежде, и возможно, он так сможет свидетельствовать многим людям о Христе.
Проблема заключалась в пасторе. Он надеялся на большую десятину от этого певца. Как результат, тот оставил Бога. Идея, что можно смешать мир и церковь Христа, — это богохульство. Глядя в историю, мы видим, что мир принимает христианство только тогда, когда оно утрачивает свою жизнь и жизнеспособность. Император Константин принял не то христианство, которое приняли ученики Иисуса. Когда мир становится частью христианства, это является свидетельством для нас, что соль потеряла свою силу. Она больше не сохраняет, не обличает, не работает над человеческим духом.
Когда мир добавляет Христа к тому, чем он уже является сам по себе, но в жизни не происходит никаких перемен, это говорит нам о том, что соль потеряла свою силу. Особенно плохо, когда руководство церкви воспринимает это как благое дело. Необходимо дать честную оценку положения, в котором мы находимся. Мы должны признаться, что церковь слабее, чем могла бы быть. Вот, с чего нужно начать. Мы не являемся всем тем, чем Бог хочет нас видеть, и мы не делаем всего того, что Бог предлагает нам.
Настоящая проблема в том, как сделать нашу веру снова жизнеспособной. Наши сердца волнуются, когда мы, читая Книгу Деяний, видим какой была церковь при своём рождении. Мы также читаем, что когда пробуждение охватывало церковь, она поднималась из праха упадничества и становилась мощной силой в обществе. Сегодня мы признаём, что необходимо что-то сделать. Мы задаёмся вопросом: «Как сделать церковь способной отвечать на насущные нужды современного общества?» На этот вопрос необходимо ответить, если мы собираемся что-то изменить. Какая это трагедия, что так много людей заявляют, что они исполнены Святым Духом, и всё же, мы не оказываем абсолютно никакого воздействия на это общество!
Несколько лет назад на первых страницах одной из самых престижных газет США, «Вол Стрит Джорнэл», появилась статья под заголовком: «Пробуждение в стране, но изменений нет». В этой статье светский журналист говорил о пробуждениях прошлого. Он упомянул о Весли, Финнее, Муди, и сделалзаключение, что эти пробуждения не только повлияли на людей, вовлечённых в них непосредственно, но имели огромную сдерживающую и преобразующую силу на общество в целом. Он пришёл к выводу, что религиозное движение настоящих дней, которое мы называем пробуждением, не только не влияет на людей, вовлечённых в него, но и не оказывает совершенно никакого влияния на мир.
Одновременно нужны как реализм, так и идеализм. В церкви должны быть люди, видящие сны (Деяния 2:17), но они должны быть поставлены лицом к лицу с реальностью. В Ветхом Завете, Иосиф был одним из тех, кто увидел сон; но он тоже столкнулся с реальностью. Без трезвого реализма, нет реальной возможность для идеалистических продвижений в будущем. Хотя у церкви наших дней были определённые удачи, в данном случае, нам будет более полезно подчеркнуть её потери, потому что мы заинтересованы в окончательном движении Бога последних дней, в котором мы призваны участвовать. Когда мы знаем, что за вызов стоит перед нами, тогда мы можем понять, как всё изменить.
Стойкость нашей веры подобна вере Иезекииля, когда Бог показал ему поле, полное костей. Не имеет значения, насколько сухи кости, в них может войти дыхание Божьей жизни, и они оживут (Иезекииль 37). Если мы не можем в это поверить, тогда для нас нет места в великой структуре Божьего Царства. Сам факт, что всё кажется таким мрачным и безнадёжным, является очевидным признаком того, что настало время Богу действовать (Псалом 118:126). Пробуждение всегда приходило именно в такие времена. Настоящая трагедия в том, что многие искренние людей чувствуют побуждение искать Бога, но не могут чувствовать себя уместно ни в одной из основных форм христианства. Они ищут открытое, смелое общение, но находят лишь самодовольное общество, занятое своей внутренней политикой.
Неужели наше церковное общество настолько лишено воображения, чтобы думать, что мир можно спасти лишь через гимны и проповеди?! Мы застряли в своей рутине. Многие ищущие не остаются в церкви, видя её такой. Дело не в том, что членство требует слишком много, но потому, что оно требует слишком мало. Есть разница между призывом учреждения и призывом массового движения. Призыв учреждения, будь то религиозного, или какого иного — это предложение самоулучшения и обеспечения своих нужд. Призыв массового движения, будь то религиозное движение, или светское, — это призыв отдать себя на дело, которое больше самого человека. Итак, слабость церкви не в том, что она требует слишком много от своих членов, но в том, что она требует слишком мало.
Основную слабость церкви сегодняшнего дня можно описать следующим образом: церковь находится в изоляции. Мы отделены от обычной жизни географическими рамками своего религиозного здания, в котором пастор запирает Бога на замок, и мы периодически посещаем Его.
Церковь ограничена во времени через чрезмерное ударение на полуторачасовом утреннем воскресном служении.
Церковь ограничена штатными работниками, когда считается, что обязанность служить принадлежит особому классу.
Когда мы думаем о христианстве лишь как о богослужениях, появляется совершенно естественная тенденция полагать, что-то, что происходит в других местах — на заводах, в офисах и т. д. — не является в равной степени духовным. Получается, что мы не считаем важным сохранять свидетельство Христа в школе, на работе или дома.
Когда мы думаем о религии как о профессиональной обязанности церковных служителей, принижается значимость всех остальных людей в церкви. Вред, который наносится возложением ответственности на немногих преданных профессионалов, заключается в том, что это даёт остальным членам церкви необоснованную свободу от ответственности. Если мы собираемся восстановить церковь, должны участвовать все.
Главная опасность христианства сегодня состоит в том, что оно делает маленьким то, что должно быть большим. Ограничивая христианство месторасположением, временем или штатом работников, мы делаем его относительным и незначительным. В таком случае, мы озабочены жизнью лишь частично, а не в целом.
Когда слово церковь означает просто здание, особый вид собрания или служение человека, тогда соль поистине потеряла свою силу и церковь представляет Бога в ложном свете. Не только отдельные члены церкви, но и сама церковь в целом нуждается в радикальном изменении. На поверхности может казаться, что церковь парит высоко, но более близкое рассмотрение ситуации должно заставить нас беспокоиться. Наше положение похоже на ситуацию в Римской империи, когда, казалось, она была в зените своей славы. В её центре проводились зрелища, показывающие большую силу, но, фактически, на границах она теряла провинцию за провинцией.
Церковь сегодня утеряла многочисленные «провинции». Например, высшее образование. Именно церковь заложила основание для высшего образования и она много лет влияла на его качество. Это влияние потеряно с точки зрения бескомпромиссной христианской веры. То же самое можно сказать о воспитании молодёжи в целом. Ещё одна потерянная провинция — трудовая этика общества. Проверка жизнеспособности христианства должна быть видна в его воздействии на культуру. Чем больше мы признаём глубокое сходство между нашей собственной культурой и культурой имперского Рима, тем больше мы видим значимость отрывка из романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго».
Пастернак писал: «Рим был рынком заимствованных богов и покорённых народов, два этажа уценённых товаров, небо и земля, куча грязи, колыхающейся в тройном узле, как при кишечной непроходимости. Дакийцы, скифы, сарматы, тяжёлые колёса без спиц, глаза, заплывшие жиром, двойные подбородки, неграмотные императоры, тела образованных рабов, служащие подкормкой для рыб. Все эти жалкие людишки заполняли коридоры Колизея. И вот в эту лишённую вкуса груду золота и мрамора пришла жизнь. Пришёл свет, облечённый в ауру, явно человеческую — нарочно провинциальный галилеянин. И в тот момент боги и нации прекратили существование, и появился человек — плотник, пахарь, пастух, человек, которого прославляют во всех картинных галереях мира, и которого с благодарностью воспевают матери в своих колыбельных». К нашем стыду, новому Риму современности не был брошен подобный вызов.
Мы должны снова позволить Иисусу жить в Своей Церкви. Трудно преувеличить ту степень, в которой церковь сегодня перестала отвечать на нужды современного человека. Никто не видит смысла сражаться за церковь. Церковное здание воспринимается как место для брачных церемоний или подходящее место для детской воскресной школы. Но Евангелие должно быть сосредоточено на горячем убеждении, которое заставит обычных людей поменять род занятий, пойти до края земли и мощно повлиять на культуру общества. Церковь должна ещё раз стать местом, где Христос реален.
